Истинные подробности первого контакта глубоко спрятаны в архивах, многие из которых были уничтожены позже, во время Коллапса и Гражданской Войны. Но всем известно, чем он закончился: Ксайрекской Кампанией. Иной разум оказался агрессивным, и имя цивилизации разумных ящеров было Ксайрекс. Кампания длилась два года — с 2199 по 2301. Она состояла из нескольких крупных сражений в системе Цойланд и окрестных системах, названия которых ныне забыты. Ксайрекская Империя пыталась давить числом: их корабли шли волнами, их авианосцы — которых у Ассоциации на тот момент не было вовсе — выбрасывали в космос тучи истребителей, завязывавших ближний бой и мешавших ассоциативным эсминцам и крейсерам вести прицельный огонь. Справедливости ради, у ксайрекских кораблей не было щитов, что давало людям небольшое, но ощутимое преимущество: каждый точный залп рельсотронов находил цель, пробивая броню ящеров насквозь. Подробности войны сейчас овеяны туманом. Известно, что были победы и поражения, что колонисты на Цойланде жили в постоянном страхе, что несколько раз ксайрекский флот пытался прорваться к другим системам, но был остановлен. Известно, что обе стороны несли потери. И доподлинно известно, что точку в войне поставило появление человеческого флагмана — первого в истории линкора, построенного в рекордные сроки на верфях Титана и Проциона.
Появление «Домена» в системе Цойланд переломило ход войны. Ксайрексский флот, до того державшийся на численном превосходстве, не мог противостоять орудиям такого калибра. Один за другим их корабли гибли под огнём рельсотронов. Их авианосцы, прежде неуязвимые за стеной истребителей, теперь сами становились целями. В 2301 году был заключён мир — Статус-Кво. Ни одна из сторон не получила территориальных приобретений. Границы остались там же, где и были до войны. Ксайрекс отступил в свои системы. Человечество выдохнуло. Времени особенно исследовать технологии Ксайрекса тогда не было — война закончилась, и нужно было восстанавливать разрушенное. Но кое-что выяснить удалось. Ксайрекс тоже использовал разрывные прыжки — их генераторы, по-видимому, работали на схожих принципах, хотя и отличались в деталях. Как они получили эту технологию, осталось загадкой. В ходе боёв выявились серьёзные проблемы, которые предстояло решить. Во-первых, при выходе из разрывного прыжка корабль оказывался с опущенными щитами. Суперконденсатор, поглощавший хронитовое излучение, находился за щитом, а излучение било и по щиту тоже — при переходе щит просто отключался, чтобы не сгореть. Вражеский флот, знавший об этой уязвимости, мог атаковать в момент выхода из прыжка. Во-вторых, обнаружилась полная неспособность оборонять планеты — кроме батарей ПКО, никаких средств планетарной обороны не существовало. В-третьих, отсутствие собственных авианосцев делало флот уязвимым для вражеской авиации. И в-четвёртых, текущая ближняя оборона имела слишком низкую плотность огня для эффективной борьбы с роями истребителей. Война дорого обошлась человечеству. Около семидесяти пяти тысяч человек погибли — экипажи на флоте тогда были поменьше, чем в будущем, но каждая потеря ощущалась остро. Гораздо больше денег ушло на строительство новых кораблей взамен уничтоженных. Но самая глубокая рана была не в бюджете и не в потерях. В обществе зародился раскол по поводу ксеносов. Одни считали, что Ксайрекс доказал: чужие — это угроза, и с ними нельзя договариваться. Другие верили, что война была трагической ошибкой и что контакт мог бы пойти иначе. Третьи просто разочаровались — в Ассоциации, в экспансии, в самой идее освоения космоса. Звёзды, ещё недавно манившие романтикой первооткрывательства, теперь казались холодными и враждебными. Было принято решение: Московский и Новомосковский Ассоциативные Армейские Институты должны немедленно начать разработку новых орудий, орбитальных крепостей и авианосцев. Человечество больше не могло позволить себе быть уязвимым.После Ксайрекской Кампании человечество взяло паузу длиной почти в два десятилетия. С 2202 по 2220 год новые системы не колонизировали — вместо этого укрепляли и осваивали то, что уже было. Уроки войны с ящерами были усвоены, и Ассоциативный Совет выделил колоссальные средства на оборону. Над ключевыми планетами — Землёй, Титаном, Проционом, Вега-Примарис, Энджелс-Просперети, Кейн-Праймом и Цойландом — были возведены орбитальные крепости OF-1. Каждая представляла собой массивное сооружение, лишённое возможности маневрировать, но способное корректировать орбиту. Вооружение крепости состояло из шести башен с двумя тяжёлыми рельсотронами калибра 600 мм, двенадцати башен со спаренными автопушками калибра 75 мм для ближней обороны и четырёх пусковых шахт термоядерных торпед калибра 1500 мм. Щит — тяжёлая модель первого поколения, способная выдерживать длительный обстрел. Экипаж — около трёх тысяч человек. Автономность — до двух лет. OF-1 не были совершенны, но они стали первым шагом к созданию системы планетарной обороны, способной встретить врага ещё на подступах к планете.
Классы кораблей, созданные перед Третьей Волной, остались теми же — «Хейр», «Лайонхарт», «Достояние», «Домен», — но все они прошли модернизацию. К обозначениям модернизированных кораблей прибавлялась литера «М». Щиты были полностью заменены на новые модели. На «Домены М» установили AES-110T — тяжёлый щит второго поколения, способный держать на треть больше попаданий, чем предшественник. На «Достояния» — AES-110M, средний щит. На «Лайонхарты» — AES-110MS, улучшенный средний. На «Хейры» — AES-105S, облегчённый, но более быстрый в перезарядке. На истребители «Ночь» ставили минимальный щит AES-100VS, который скорее символизировал защиту, чем обеспечивал её.
Общее количество боевых кораблей Ассоциативного Флота было доведено до ста вымпелов, не считая истребителей. Среди них — три линкора класса «Домен М», каждый из которых был способен в одиночку противостоять небольшой эскадре. Московский институт выпустил МБ-3 — третье поколение модульной брони. Теперь герметизация была базовой, а не опциональной: каждый солдат Ассоциативной Армии по умолчанию был готов к бою в вакууме. В левое предплечье встроили огнетушитель, в правое — трёхзарядный дробовик, оружие последнего шанса для ближнего боя. На поясе появились крепления для подсумков — солдаты могли носить дополнительный боекомплект, аптечку или рацию. МБ-3 стала стандартом на десятилетия вперёд.